«Невесомость» это картина, выполненная в технике «фотопечать. ламинация, рама», размер 120х80, 2020 год. Главная сила работы — в парадоксе разрушения и красоты. Стекло, которое обычно ассоциируется с чистотой, прозрачностью и изяществом, здесь предстает в состоянии повреждения. Острые сколы, неровные края и причудливые изгибы создают сложный графический рисунок. При этом композиция не выглядит хаотичной: каждый фрагмент занимает своё место, а множество пересекающихся линий складывается в своеобразную архитектуру хрупкости. Особую роль играет свет. Он не столько освещает предметы, сколько выявляет их сущность. Прозрачные стенки бокалов обретают объём, тонкие контуры стекла становятся почти рисунком, а затемнённые участки придают изображению глубину. Световые блики и отражения создают ощущение многослойности: кажется, что перед нами не просто предметы на столе, а сложная система прозрачных форм, существующих одновременно в реальном и иллюзорном пространстве. Сдержанная цветовая гамма усиливает драматизм изображения. Серые, чёрные и серебристые оттенки не отвлекают внимание от главного — пластики стекла. И вдруг среди холодных тонов возникает небольшой красный акцент. Он воспринимается почти как эмоциональный всплеск, единственный след цвета в мире прозрачных осколков. Эта деталь придаёт композиции особую напряжённость и делает её зрительно запоминающейся. Важен и выбор фона. Нейтральная светлая поверхность подчёркивает силуэты бокалов, а тёмная фактура стола создаёт устойчивое основание для всей группы предметов. Благодаря этому фотография балансирует между предметной съёмкой и художественным натюрмортом. Здесь нет лишних деталей, но есть множество нюансов, которые открываются при внимательном рассмотрении. Работа демонстрирует характерный для профессиональной рекламной фотографии подход: точность постановки, продуманность освещения, внимание к фактуре и композиционную дисциплину. Однако изображение выходит за пределы чисто прикладной задачи. Разбитое стекло становится метафорой непрочности, утраты и изменчивости привычного мира. Вещи, созданные для красоты и торжественных мгновений, обретают новую выразительность именно тогда, когда перестают быть целыми. В этом и заключается художественная ценность натюрморта Сергея Мартьяхина. Фотограф не просто фиксирует предметы — он обнаруживает красоту в их несовершенстве. Разрушение здесь не уничтожает форму, а открывает новые возможности для света, линии и пространства. Это фотография о хрупкости, в которой нет ни малейшей хрупкости авторского замысла. В ней соединяются точность рекламного мастера, наблюдательность художника и способность видеть выразительный образ там, где другой заметил бы лишь разбитую посуду. И, возможно, именно поэтому после взгляда на эти бокалы остаётся ощущение не шума разбитого стекла, а звона тишины.
Стиль работы можно определить как современное искусство, формат горизонтальный. Это работа премиального уровня: такие обычно берут на главную стену дома или в переговорную.